Пит Шоттон и Николас Шаффнер "Джон Леннон в моей жизни"
и, Пит, - шепотом пробормотал Джон и повернулся к этой даме с дружелюбной улыбкой. - Ты, старая ё...я корова, - произнес он приятным тоном. - Неужели тебе ни х...я не стыдно за такое поведение посреди улицы в твои-то годы, старая ты п...?" Совершенно не замечая злобных оскорблений Джона, эта изысканная дама продолжала орать в своей истеричной манере: "Джон Леннон из БИТЛЗ! Надо скорее рассказать моему мужу!" "Ну конечно, - с улыбкой кивнул Джон, - уё...й на х..й. Иди и расскажи всем, что ты видела великого Джона Леннона. Будь здорова, с Новым годом!" "Ты видел, Пит? Люди настолько ослеплены имиджем Битла, что даже не слушают меня. Такие люди не услышат ни единого моего слова, что бы я ни говорил." Время понемногу приближалось к полуночи. Отчаявшись попасть к знаменитому м-ру Блуму до наступления 1964 года, мы помчались на другую заманчивую вечеринку. Там было полным-полно пьянствующих знаменитостей шоу-бизнеса, но тем не менее, когда наступила торжественная минута и веселье и оживление достигли своего пика, меня вдруг захлестнула волна мрачной депрессии. Я взглянул на Джона Леннона, в тот момент очень образно изъяснявшегося, и затем внимательно посмотрел на себя самого. Наши достоинства необычайно контрастировали, а мой образ жизни в сравнении с его казался почти невыносимо скучным. Это не значит, что я завидовал успеху Джона или хотел бы продержаться в "Кварримен" достаточно долго, чтобы стать Битлом-блондином. (В действительности я, наверное, был единственным в то время молодым человеком в Англии, который НЕ мечтал стать поп-звездой. Благодаря опыту, полученному в "Кварримен", я уже в раннем возрасте понял, что быть исполнителем - не говоря уже музыкантом - просто не по мне.) Истинным сожалением было то, что мы с Джоном были единомышленниками большую часть своей жизни и посвятили себя совместному поиску приключений и возбуждения - и вот теперь Джону предстояло испытывать самые немыслимые приключения и возбуждения, а мне - менее чем через 24 часа - вернуться к скуке и рутине ливерпульского небытия. Я незаметно перешел на кухню поплакаться наедине со своим бокалом, но Джон и Джордж выследили меня и приложили все усилия, чтобы ободрить меня. Напомнив о моем решении открыть тотализатор, Джон заверил меня, что в мире нет ничего такого, что я не смог бы получить, если только пожелаю. "Так что, все будет отлично, Пит, - сказал Джон, - а сейчас пошли все в зал". Ободренный теплыми словами Джона и Джорджа, я почувствовал, что моя депрессия рассеивается, как маленькая темная тучка. Веселье достигло своей вершины, когда Джордж и Ринго начали шумно изображать гоночные машины. Толпа тут же расчистила пол, и два Битла принялись носиться по комнате на своих задницах, изображая звуковые эффекты гонки, над, под и вокруг элегантной мебели, а Джон и его приятели по вечеринке громко "болели" за них. В такой вот игривой и веселой манере БИТЛЗ встретили и начали год, в котором им предстояло покорить Европу, Америку и весь мир.
