Количественный минимум пьес, который должен пройти обучающийся игре на органе, приблизительно следующий: 4 сонаты Баха (желательно 6), 15 трехголосных инвенций, 3 прелюдии и фуги W. Т. К., 6 этюдов legato и staccato, 25 хоралов Баха, 15 прелюдий и фуг и 2 сонаты Мендельсона, 2 прелюдии и фуги Букстехуде, 5 пьес предшественников Баха, 3 пьесы Франка, 5 пьес Регера и т. д. — вплоть до современных советских и зарубежных авторов. Приведенный список является минимальным. В нем возможны замены (например, не упомянуты Видор, Лист, которые могут быть включены вместо одной из пьес Мендельсона, Брамса или Регера), равно как и расширение репертуара. Указан лишь основной фундамент художественного наследия, на котором зиждется обучение игре на органе. {93}
РЕГИСТРОВКА
Регистровка — область органного искусства, в которой с наибольшей ясностью проявляется расхождение между суждениями специалистов и той массы слушателей, которые не являются органистами. Чтобы правильно подойти к проблеме регистровки, необходимо рассеять распространенные предрассудки и ложные представления. Отметая в них то, что является плодом незнания, следует все же присмотреться к причинам, из-за которых упорно сохраняются столь неправильные, с точки зрения специалистов, суждения. Первое, что приходится слышать в отзывах об игре органиста, это замечания о регистровке. Несравненно меньше говорится о ритме, фразировке, чувстве формы — эти качества обычно не обсуждаются. Такой повышенный интерес к регистровке приводит к превратному представлению о том, будто самое трудное в органной игре — это умение распределять и «вытягивать» регистры. Оценивая технические виртуозные достижения артиста, непросвещенный слушатель не замечает его действительно громадной технической работы и отмечает в своем сознании лишь управление рычагами регистров. В связи с этим приведу выдержку из рецензии одного немецкого музыкального критика начала XIX века (рецензия написана на концерт Макса Регера), где говорится: «Слушателей можно разбить на две группы. К первой группе относятся те, которые действительно желают слушать музыку. Ко второй — те, которые хотят себя ублажать лишь красками и игрой регистров. Именно эта вторая группа составляет подавляющее большинство слушателей... Чему же изумляться, если многие органисты озабочены не столько тем, чтобы продуцировать подлинную музыку, сколько тем, чтобы поражать толпу красочными эффектами и заставлять ее думать, будто она слушает музыку, тогда как на самом деле она слушает не музыку, но лишь игру красок.» Откуда же возникают подобные заблуждения? В своем стремлении оценивать органное исполнение слушатель, далекий от органических основ этого искусства, склонен проецировать его на более знакомые явления. Он накладывает свое восприятие на схемы оркестрового и, чаще всего, фортепианного искусства. Отсюда и рождаются ложные суждения. К тому же для слухового восприятия регистровка является наиболее рельефным фактором, тогда как для того, кто ощущает внутренний
