ой областью педагогики,— а распыленной, основанной на совместном музицировании, на живом общении посредством музыки. Потому он много работал с камерными оркестровыми коллективами, исполнителями — инструменталистами и певцами (пользующимися международной славой и малоизвестными студентами консерватории), вел семинарские занятия с композиторами, встречался с педагогами, организовывал абонементы современной органной и старинной музыки.
Теоретические труды И. А. Браудо явились обобщением опыта педагогической и исполнительской деятельности. Его научные интересы определились еще в ранние годы. В 1926 году по инициативе Б. В. Асафьева при Институте истории искусств был организован Баховский кружок, в центре которого стал Браудо — исполнитель и исследователь. Первый концерт Исайи Александровича прошел под знаком Баховского кружка; в сборнике Института — как непосредственный результат деятельности кружка — был опубликован его композиционный и исполнительский анализ органной прелюдии и фуги a-moll И. С. Баха (См. в настоящем сборнике статью «К вопросу о логике баховского языка».). Затем, в 1927 году, последовало издание Шести полифонических пьес, в предисловии к которым намечены принципы артикуляционной теории Браудо. Его усилиями в 1937-1940 годах был создан Баховский кружок в Ленинградской консерватории с участием других ее педагогов (Н. В. Бертенсона, М. С. Друскина, М. Б. Шахина). Предполагалось опубликовать сборник исследований на основе проведенной работы, но война помешала осуществлению этого плана. Деятельность кружка несомненно стимулировала и углубила исследовательские интересы Браудо. Ее питали также широкие контакты с крупнейшими теоретиками (Б. А. Асафьевым, X. С. Кушнаревым), исполнителями (Ю. И. Эйдлиным), искусствоведами (И. И. Иоффе) (Книгу И. И. Иоффе «Мистерия и опера» (1937) И. А. Браудо высоко ценил; см. статью »Единство звучности».). Именно в эти годы Исайя Александрович интенсивно работал над своей артикуляционной {8} теорией (См.: Л. Баренбойм. Теория артикуляции И. А. Браудо и ее значение для исполнительской и педагогической практики. В сб.: Вопросы музыкально-исполнительского искусства, вып. 5. M., «Музыка», 1969, с. 85-89; а также: Л. Баренбойм. Теория артикуляции Браудо. «Советская музыка», 1965, № 11, с. 139-141.), которую он разрабатывал в статьях, докладах, затем — в книге «Артикуляция. О произношении мелодии», в неоконченном труде об артикуляции Бетховена и других исследованиях. (см. на нашей стр. – ldn-knigi)
В научном наследии И. А. Браудо итоговое значение несомненно имеет «Артикуляция» — книга уникальная, подобной которой нет в нашей музыковедческой литературе (за нее в 1965 году автору была присуждена ученая степень доктора искусствоведения). Посвящена она исследованию одного из важнейших средств музыкальной выразительности — рассмотрению артикуляционных процессов, закономерностей произношения мелодии. Как видно из предшествующего изложения, проблемы артикуляции являлись основными во всей научной и творческой жи
