нциозно-идеологическим. Носителями его идей, его социальных опосредовании, его внехудо-жественных, внемузыкальных истоков, в том числе и его негативизма — социально-критической направленности, — всегда оставались лишь элементы формы, техники, художественного метода. Эта опосредованно-художественная форма передачи идеологического содержания — принципиальное отличие нового джаза от традиционного, где господствовали давно дискредитированные в серьезной музыке принципы «эстетики выражения» (ориентация на элементарную ассоциативность). Именно в этом принципе художественного отражения, используемом новым джазом, — основное эстетическое отличие подлинно высокого искусства от искусства массовой культуры. Не следует также забывать, что идея в свободном джазе всегда носит личностный, персонифицированный характер, что обусловлено особенностью его художественного метода. Но, с другой стороны, если рассматривать понятие «идеология» как некий абстрактно-теоретический процесс — процесс абстрактного моделирования реальности, противопоставляя, как это делал еще Маркс, научное и идеологическое мышления, видя в идеологии понятие, направленное на стабилизацию системы, ориентирующее не столько на истину, сколько на поведение (как правило, сводя его к конформизму), то тогда, конечно, новый джаз полностью деидеологичен. К тому же внутренняя свобода и развитая саморефлексия (имманентные личностные качества музыканта-импровизатора) неизбежно противостоят в эстетике фри-джаза соблазнам идеологического схематизма. Новый джаз, основываясь на принципах идейного и духовного плюрализма, слишком негативно диалектичен, чтобы оза-
ботиться стабилизацией (эстетической, социальной или иной другой). Парадокс новоджазового функционирования состоит в том, что в нем сам механизм процесса свободной импровизации неизбежно фильтрует, снимает неимманентные для личности импровизатора идеологические мифологемы. Свободная импровизация (ее экстатичность, спонтанность, ненормативность) гарантирует личностную и идейную подлинность музыки. Поэтому-то в авангардном джазе сама музыка успешно противостоит идеологическим иллюзиям ее создателей, тяготея не к внешней идеологической иллюстративности, а к глубинной и персонифицированной идейности.
Революционное действие: джазовое эхо Зрелость расового негритянского самосознания, ощутившего и свое отчуждение, и свою связь с африканской культурой, и свое новое историческое предназначение, обусловила переход негритянского освободительного движения к прямому историческому действию, нередко принимающему форму насильственных акций. Апостолы этого нового движения: Малькольм Экс, Лерой Джонс (Амири Барака) и особенно Франц Фанон — немало потрудились над пропагандой идеи тотального насилия и радикального отрицания европейской цивилизации, над идеей превосходства «черной эстетики». Для многих расово мыслящих черных музыкантов авангарда, оказавшихся в плену идеологизма, ложного осознания социальных явлений, чрезвычайно соблазнител
